«Чтобы подняться
на Эверест –
продала квартиру»

Донецкая альпинистка Татьяна Яловчак рассказала о том,
почему решила уступить победу, о бане на высоте 6400 метров
и о своих диалогах с горой
Донецкая альпинистка Татьяна Яловчак поднялась на Эверест 21 мая этого года. Она стала второй украинкой, которая побывала на высоте 8848 метров (днем ранее на вершину взошла Ирина Галай из Мукачево). Как уже писал «Репортер», Татьяна совершала восхождение в составе международной женской команды. Экспедиция длилась 50 дней и обошлась украинке в $60 тысяч.
Татьяна Яловчак, 35 лет
Какими были твои ощущения на вершине?
— Эйфории не было. Я делала снимки, скорее, для того, чтобы не замерз фотоаппарат, а не потому, что меня восхищал пейзаж. Я еще тогда думала: «Потом посмотрю, осознаю, где была». Но до сих пор их не смотрела.
И что там происходит на 8848 метров? Это большая площадка? С чем ее можно сравнить?
— По площади она — как кухня в хорошей квартире. Конечно там все радуются, улыбаются, хлопают друг друга по спинам. Но поздравлять с Горой на вершине не принято. Дойти туда – это половина испытания, тебе хватило кислорода, чтобы это сделать, но нужны еще силы на спуск.

Когда шли вниз, я сбила все пальцы на ноге, носок пропитался кровь, больно было делать каждый шаг. И нам надо было спустится сразу с 8848 метров на 6400, к базовому лагерю. Получился такой путь: мы вышли наверх в 12 ночи, в 7 утра были на вершине, и спустились только в 8 вечера.
Фото: Facebook/Татьяна Яловчак, Facebook/Путь к вершине
«Зона смерти», эти последние 900 метров перед вершиной, — это страшно?
— Ты просто идешь. Какое к тебе это имеет отношение? Да, там лежат труппы, занесенные снегом, и снять их невозможно, такие попытки заканчивались смертями спасателей — там узкая тропа вдоль обрыва. Я на это не обращала внимание. Но со мной в команде шли австралийцы Ноэль и Линн Ханна. Потрясающая пара, они стали первой семьей, которая взошла на Эверест и с юга, и с севера. И Линн плакала, слезы катились по щекам, и она шептала: «Таня, я только на тебя смотрю, мне так страшно. С юга было легче».

Я была спокойна. Я с горой разговаривала, как с живой: «Прими меня и отпусти. Пожалуйста. Ты уже все ветра выдула, я тебя прошу — дай возможность взойти. Пожалуйста, чтобы мы здоровые были, чтобы все вернулись». Можете смеяться, но мне гора всегда отвечала, потому что я с любовью к ней, с уважением. Иду и думаю: «Ну что ж ты так дуешь. Ну, уже сил нет. Ну, все время в лицо». И ветер вдруг успокаивается, успокаивается. Или думаю: «Так пасмурно! Может солнышко хоть чуть-чуть выйдет? Ну, пожалуйста. Ну, хоть на чуть-чуть. Чтобы улыбнуло, согрело». И расходятся тучи. Это не только на вершине, это в процессе всей экспедиции так было. Гора меня слышала. Я верю в это.
Ноэль и Линн Ханна — первая семья, которая взошла на Эверест
и с южной, и с северной стороны
Насколько болезнен для вас факт, что другая украинка стала первой? Ирина Галай опередила вас на один день.
— Я могла выйти в тот же день, что и она, соревноваться с Ирой. Но я приняла решение выйти днем позже. Мне было непросто смириться с тем, что она будет первой. Но я все обдумала, взвесила и решила, что хороший альпинист – живой альпинист.

Это не соревнования – это гора. Если бы я пошла на принцип, Ира бы наверняка утратила хладнокровие. Она девочка с амбициями, она старалась бы бежать, а вдруг бы она не пристегнулась к страховке? Или я бы забыла о безопасности, и думала бы только: «как обогнать»? Гормоны в сумме с горной болезнью могли привести к чему угодно. Вдруг кто-то погиб бы? И я приняла решение отпустить, пропустить. Может это прозвучит странно, но я горжусь тем, что смогла себя перебороть, мне важна вот эта победа над своим эгоизмом.
Наши альпинистки — Ирина и Татьяна — встретились в базовом лагере,
однако к вершине пошли порознь
И как отнеслись к твоему выборы товарищи по экспедиции?
— Наш доктор Сережа сказал: «Так вероятность выжить выше для вас двоих». Но некоторые уговаривали взойти первой. Моя шерпа Лакха обнимала меня и говорила: «Мы с тобой пойдем только первыми». Она уникальный человек, уже семь раз была на Эвересте, это рекорд для женщин. Ирена Харазова, которая в ходе нашей экспедиции стала первой армянкой на Эвересте, тоже уговаривала: «Тань, давай! Пошли в нашей команде, днем раньше выйдешь!» А я решение уже приняла, и думаю про себя: «ну, почему столько соблазнов? Всех этих «обязан», «должен»?..
Ирена Харазова стала первой армянкой на Эвересте
Хочется назад в горы?
— Сейчас нет. Высоцкий пел: «Завидуешь тем, у которых вершина еще впереди». А я после спуска смотрела на альпинистов с сочувствием: «Ой, как же вам тяжело еще будет идти».
Как возникла идея пойти на Эверест?
— Я просто ходила в горы, не думала ни о каких восмитысячниках. Но мой тренер и друг Сергей Ковалев, повторял: «Блин, еще ни одна украинка не поднялась на 8848 метров». И я долго не придавала значения этим разговорам, но перед Новым годом возникла мысль: «А не сходить ли мне на Эверест?» И начала идея обрастать деталями. Мне хотелось, чтобы украинскими альпинистками гордились.

Потом возникла идея поднять на вершину рушник. Это же символ силы, доброты, покровительства. Это большая светлая сила. Это оберег и для дороги, и для дома. Я ведь из Донецка, и я хочу вернутся в родные места. И половину рушника я оставила на вершине, чтобы он оберегал нашу страну, дарил ей удачу.
Возникла идея поднять на вершину рушник. Это же символ доброты, силы, покровительства. Это оберег и для дороги, и для дома. Я ведь из Донецка, и я хочу вернутся в родные места
Как нашли деньги на экспедицию?
— Был человек, который сказал: «Я все оплачу». Но в итоге он дал 20 тысяч долларов, а нужно было 60 тысяч. Где взять остальное? Я обратилась к президенту Украины, к людям. Я думала, что такой проект будет интересен украинцам, и они поучаствуют в его финансировании. Я опубликовала номер своей банковской карточки, и друзья даже спрашивали: «А если денег пришлют больше, чем надо? Что будешь делать?» Ага… Перечислили небольшую сумму только три моих знакомых. Я им все вернула, выставила квартиру на продажу, и не дожидаясь, пока ее купят, взяла деньги в долг.
Не жалеете, что остались без жилья, влезли в долги?
— О чем жалеть? Мечты сбывать нужно. Я с такими людьми была в таком красивейшем месте! Хотя, если честно, в базовом лагере, где мы провели много времени, красота – сомнительная. Каменная пустыня и ледники.

Но вы не представляете, сколько комфорта создали организаторы экспедиции Александр Абрамов и Людмила Коробешко (российские альпинисты. – «Репортер»). У нас фреши по утрам были. В палатках был бильярдный стол, домашний кинотеатр. Нам даже сделали ресторан со стеклянными бокалами, мы иногда могли позволить себе немного вина. Еще баня была, но такая, сомнительная: вода вареная, вода студеная, и мешай их себе сам. Класс! Но только надо было выбирать солнечный день для того, чтобы помыться, не хотелось простудиться перед восхождением. В другие дни: обтерся салфетками, полотенцем влажным — и считай, чистый.
Татьяна Яловчак в базовом лагере
Какие планы? Какая гора будет следующей?
— Пока без планов. Всегда, когда спускаешься, есть некая прострация, ничего не хочется. И каждый раз я говорю, что больше не пойду в горы. Я знаю, что будет не так, что будет новая экспедиция. Но мне надо сказать эту фразу (смеется).
Восхождение отпраздновали вкусно
— Ты работаешь в туристическом бизнесе, Эверест как-то поможет в карьере, в делах?
— Я надеюсь, он поможет в творческом плане. Я снимала фото, ролики. А карьера... В политику меня зазывают, но я не хочу пока об этом говорить. Есть интересные проекты, пока к ним присматриваюсь.

Мне очень хочется проехаться по школам, встретиться с детьми, пообщаться с ними. У меня очень большое желания развивать у детей веру в себя. Я родилась в небольшом шахтерском городке Селидово, но посмотрите, что я смогла сделать. Я хочу, чтобы дети росли с верой в свои силы и не боялись глобальных планов.
Автор: Влад Абрамов
Читайте также на «Репортере»
Made on
Tilda